— Мариш, я тут подумал, — Артём лениво намазывал варенье на гренку, будто так и надо. — В этом году надо праздник устроить — чтоб на всю катушку.
— Я тоже хотела поговорить, — улыбнулась Марина, разливая по кружкам крепкий чай. — Всё-таки первый Новый год вместе…
— Ну вот и отлично! — оживился Артём. — Я решил: к нам приедут мои родители, брат с женой и двое племянников. Надо же всем вместе!
Марина замерла с кружкой в руке. В воздухе повисла тяжёлая пауза.
— Постой… Что значит «приедут»? Мы же договаривались, что будем одни.
— Да брось ты, — отмахнулся Артём. — Какой Новый год без родни? Они уже билеты купили, всё решено.
— Ты пригласил в мою квартиру шестерых человек, даже не спросив меня? — голос Марины оставался ровным, но стал холодным, как январь.
— Ну мы же вместе… Какая разница?
— Артём, ты тут живёшь две недели. Временно. Пока у тебя, якобы, ремонт. Мы даже не обсуждали совместный образ жизни. А ты уже считаешь нормой собирать у меня толпу родственников?
Артём закатил глаза и тяжело вздохнул:
— Ой, только не начинай про личные границы. Нормальные люди так не поступают. Это семья. Это святое.
— Да, святое. Поэтому о таких вещах спрашивают. Ты даже не подумал узнать моё мнение. Где мы, по-твоему, разместим шестерых в двушке?
— Ну… родители в зале, брат с женой в твоей комнате. А мы на раскладушке. Я уже заказал.
— Уже заказал? — Марина широко раскрыла глаза. — Даже не поинтересовавшись?
— Да чего тут думать? Ты бы всё равно согласилась.
Марина встала из-за стола, внутри всё кипело. Перед глазами всплыли картинки: как она годами копила на эту квартиру, как ночами клеила обои, как тщательно выбирала каждую вещь. А теперь парень, с которым она встречается три месяца, решил устроить у неё общежитие.
— Знаешь, Артём, ты правда считаешь меня мелочной. А я просто устала быть удобной. Это мой дом. И я не позволю превратить его в проходной двор.
— То есть я для тебя просто временщик? Так и скажи!
— Ты сам это знаешь. Мы не обсуждали совместную жизнь. Ты попросился пожить на время ремонта. Хотя теперь я уверена — никакого ремонта нет. Ты сдал свою квартиру, чтобы жить у меня даром.
Он резко обернулся:
— Откуда ты знаешь?
— Видела объявление. Твой адрес, твои фото.
Артём на секунду замолчал, потом выдавил:
— Ну и что? Я хотел быть ближе… Это же нормально.
— Нет, Артём, ненормально. Ты втёрся ко мне обманом, не помогаешь по дому, не тратишься ни на еду, ни на коммуналку, приглашаешь гостей и ставишь меня перед фактом. Это твоё представление о «нормальных отношениях»?
Он вспыхнул:
— Ты просто не умеешь быть женственной. Всё у тебя по расчёту…
— А ты не умеешь быть мужчиной. Даже за родственников билеты не оплатил. Видела переписку с братом.
Он отступил на шаг.
— Ты читаешь мои сообщения? Шпионишь?
— Я читаю, когда уведомления светятся на твоём экране у меня перед носом. Ты сам не прячешься. Просто врёшь.
Звонок в дверь прервал спор.
— Это курьер. С раскладушкой, — пробормотал Артём.
— Не открывай, — спокойно сказала Марина. — Заказ не принимаю. И знаешь, Артём… тебе пора съезжать.
— Что?!
— Ты слышал. Собирай вещи. В отношениях, где один решает за двоих, мне не место.
— Да ты рехнулась! — закричал он. — Из-за ерунды меня на улицу выставляешь?
— Это не ерунда. Это твоя суть. Ты привык жить за чужой счёт и считаешь, что тебе всё обязаны.
Марина открыла шкаф, достала его сумку и начала складывать вещи.
— Ключи оставь в ящике. Такси уже вызвано.
— Я никуда не поеду! — выпалил он.
— Поедешь. Выбора у тебя нет. Ты здесь больше не гость.
Он попытался выхватить сумку, но Марина стиснула зубы:
— Вали, Артём. Пока я полицию не вызвала.
Звонок раздался снова. Курьер ждал. Марина сама открыла.
— Здравствуйте. Заказ на Артёма.
— Отказываемся. Возвращайте.
— Деньги не вернут…
— Его проблемы.
Дверь захлопнулась. В прихожей Артём стоял, прижавшись к стене, бледный.
— Ты правда всё рушишь? Из-за праздника?
— Нет. Я разрушаю иллюзии. Спасибо за науку.
Артём вышел, хлопнув дверью. Через полчаса Марина проверила ящик. Ключи лежали на дне. И на душе стало легко. Впервые за долгое время.
