Тёплый осенний вечер окутывал город, словно мягкое шерстяное одеяло, укрывающее от суеты и шума. Лёгкий ветерок качал жёлтые листья на деревьях, а золотистые лучи заходящего солнца играли на стеклах высоток. ЗАГС стоял в центре площади, окружённый парком с аллеей фонарей, чьи светильники уже готовились зажечься в наступающих сумерках. Внутри здания царила тихая суматоха — звуки шагов гостей, шёпот поздравлений и легкий аромат свежих цветов заполняли пространство.
Максим стоял у алтаря, подтягивая воротник белоснежной рубашки. Его высокий рост и уверенная осанка выделяли его из толпы. Он нервно поправил галстук-бабочку и оглянулся вокруг: гости уже заняли свои места в зале, ожидая начала церемонии. Но несмотря на видимую уверенность, внутри он был полон сомнений и тревоги. ‘Почему её до сих пор нет?’ — мелькала мысль в его голове.
Его взгляд остановился на входе: все еще пусто. Казалось, что время замерло. Максим снова посмотрел на часы — стрелки двигались мучительно медленно. Он чувствовал каждое мгновение ожидания словно вечность. Его сердце билось громче обычного; он был готов к тому, что вот-вот появится она — его невеста.
Но вместо неё в зал вошёл её младший брат — худощавый подросток с беспокойным выражением лица. Его карие глаза были полны смятения. «Макс», — начал он дрожащим голосом, протягивая коробочку с видеокассетой, — «это тебе». В зале повисла тишина, нарушаемая лишь шорохом одежды и редкими вздохами гостей.
Максим взял кассету с настороженностью. Он посмотрел на брата невесты: «Где она? Что это значит?» Юноша опустил глаза: «Она просила передать тебе это… Она не придёт». Шепот удивления прошёл по рядам гостей; люди переглядывались с недоумением.
Уши Максима заложило от внезапного прилива крови к голове. Его пальцы дрожали при мысли о том, что может быть записано на этой старой видеокассете. ‘Что же это за послание?’, думал он, пытаясь справиться с охватившим его волнением.
Он посмотрел на юношу снова: «Ты знаешь, что здесь? Почему она так поступила?» Ответ был молчаливым: парень только пожал плечами и ушёл прочь из зала под взгляды всех присутствующих.
В голове Максима роились вопросы без ответов; мир вокруг казался хаосом без ясности и порядка. «Как поступить?», думал он, глядя на загадочный предмет в своих руках. Он сделал глубокий вдох и принял решение: ‘Я должен узнать правду’.
В этот момент все внимание было приковано к нему; казалось, даже стены ЗАГСа замерли в ожидании того, что будет дальше.
Собрав волю в кулак и пересилив страх неизвестности, Максим вышел из зала в небольшую комнату для персонала рядом с церемониальной площадкой. Старенький телевизор с пылью на экране стоял в углу; его позаимствовали для этого случая вместе с видеоплеером. Максим вставил кассету и нажал ‘play’.
Экран мигнул размытыми линиями помехи прежде чем появилось изображение: его невеста сидела за столом в домашней обстановке. Её глаза были наполнены болью и решимостью одновременно.
«Макс», — её голос дрожал как натянутая струна гитары, — «если ты смотришь это видео… значит я не смогла сделать то, что должна была.» Она вздохнула тяжело и продолжила: «Я никогда не рассказывала тебе о том месте где выросла… о бедности которой мы жили.»
Максим был потрясён услышанным; никогда раньше она не делилась такими деталями своей жизни.«Я встречалась с тобой ради твоих денег», призналась она со слезами на глазах.«Но потом всё изменилось… Ты стал для меня больше чем просто богатым женихом.»
«Но сегодня я поняла одну вещь…» её голос сорвался.«Если бы я вышла замуж ради денег — моя совесть никогда бы этого не простила…»
Слёзы потекли по щекам Максима когда запись закончилась со словами прощания.«Пожалуйста пойми», попросила она перед финальным кадром черноты.«Это единственный способ восстановить справедливость…»
Комната погрузилась обратно во тьму только звук механизма перематывающего пленку нарушал её покой.Слова эхом звучали у него внутри головы.
