Что ты здесь делаешь? спросила Эмма, настороженно глядя на незваного гостя.
Вернулся, как видишь, усмехнулся Том, указывая на чемоданы, набитые вещами.
С чего вдруг? Эмма наклонила голову, будто ищя ответ. Полгода прошли.
Эмма, я не могу так! тяжело выдохнул Том. Как только подумал, что бросаю тебя, сердце разрывается. Ты же видишь, как я страдаю!
А я страдаю? переспросила она.
По крайней мере, мне не придётся притворяться перед людьми, что моё уходило ничего не значит, а ты, будто всё в порядке! сказал он, пытаясь оправдать себя. Я понимаю, как тяжело тебе одной, с ребёнком!
Эмма задумчиво постучала губой.
Ты, кстати, поменяла замок? позвал Том, сверкая связкой ключей. Что, сломался? Вот доказательство! Я вовремя не смазал его, и он вышел из строя!
Эмма замолчала, не зная, как реагировать, когда прервал её звук открывшегося лифта.
Папа? растерянно спросил Джек.
Да, сынок! Том опустился на колени, обхватив их. Я снова буду жить с вами! Подойди, обниму!
Джек не торопился, бросил взгляд на мать, а она кивнула, будто позволяя.
Хорошо, сказала Эмма, входи, посмотрим, что будет.
Том вошёл в квартиру, будто хозяин, но шагал к кухне как гость.
В прихожей появилось новое полку для ключей и современный вешалка для обуви. Светильник стал другим, а межкомнатные двери новыми.
Когда Эмма прошла мимо ванной, щёлкнув выключателем, Том спросил:
Что это?
Ты помнишь, как в ванной всегда было сыро? напомнила она. Я установила вытяжку, чтобы дверь не держать открытой.
Сейчас минут двадцать всё равно, отмахнулась Эмма. Чай или кофе?
Приготовь кофе, сказал Том, садясь на новенький стул.
Эмма достала капсулу из банки, вставила её в кофемашину и нажала кнопку.
Я только переоденусь, улыбнулась она.
Без проблем, кивнул Том, отмахивая рукой.
Не только стулья и кофемашина заменились: кастрюли стали новыми, плитка теперь украшала фартук, а у раковины появились крючки для полотенец.
Вернувшись в спортивном костюме, где раньше была в халате, Эмма увидела, что настроение Тома изменилось.
И кто это? спросил он с ноткой раздражения.
Кто? не поняв, переспросила она.
Какой мужик ты привела в дом? Я должен знать, кто воспитывает моего сына! Мы ведь ещё не разведены!
Пей кофе! улыбнулась Эмма.
Посмотри на неё! воскликнул Том. Я пожалел её, вернулся, а она тут чемто занята, при живом муже! Эмма!
Пей кофе! прозвучал приказ.
Сейчас же вылью этот кофе тебе на голову! прыгнул Том. Что происходит? Я требую ответов!
***
Полгода назад Эмма решила, что её жизнь закончилась. Шок захлестнул её полностью.
Эмма, я считаю, что наш брак исчерпал себя, сказал Том. Нет ни чувств, ни тепла. Жить вместе лишь ради Джек слишком большая жертва.
Разводиться? спросила она, голос дрожал.
Я предлагаю не спешить, ответил он. Может, я ошибаюсь. Пока не разводимся, просто живём отдельно. Если понадобится, можешь позвонить, но не звони без надобности у меня может уже быть новая жизнь.
Том также сказал, что официальные алименты не нужны; суд назначит не более £15,000 в месяц. Он предложил платить эту сумму, а потом переводить её, как зарплату, подчёркивая, что каждый взрослый человек должен сам себя обеспечивать. На ребёнка он будет платить свою часть.
Эмма почувствовала, как её мир рушится. Девять лет брака, которые она считала счастливыми, в одно мгновение развеялось.
Они жили без ипотеки, потому что родители Эммы подарили ей наследственную квартиру, а деньги шли на ремонт и мебель. Взаимные отношения с родителями были тёплыми: Том ладил с родителями Эммы, а она дружила с мамой и сестрой Тома. На праздники собирались все за одним большим столом, без ссор.
Когда Джек подрос, Эмма вернулась к работе, а Том перестал подвозить её. Он дал ей машину и оплатил обучение вождению. Если возникали проблемы с автомобилем, она просила Тома отвести её в мастерскую, но он отказывался, утверждая, что в мастерских к женским клиентам относятся предвзято.
Эмма всегда решала бытовые вопросы сама, привлекая Тома лишь в крайних случаях. На работе её ценили за трудолюбие за пять лет она прошла два уровня по карьерной лестнице.
Родители Эммы заметили её упадок. Отец, Дэвид Кларк, пришёл к ней поговорить.
Доченька, в жизни бывают трудные моменты, сказал он, но это не повод падать духом. Мы с мамой всегда поддержим тебя. Попробуй включить голову!
Эмма плакала, признаваясь, что всё разваливается. Отец улыбнулся, успокаивая её.
Через месяц Эмма начала замечать, как всё меняется к лучшему. Она перестала убирать каждый день, а порядок держался от четырёх дней до недели. Стиральный гель почти не заканчивался, а готовить на плите теперь требовалось лишь раз в два дня. На конец месяца, получив зарплату и алименты в £15,000, она удивилась, обнаружив остаток в £25,000.
Я чтото упустила? спросила она, но всё сходилось: в доме было достаточно.
Эмма давно хотела новые двери в комнатах. Деньги уже были, и в магазине нашли мастеров. Пришли два сильных парня, вынули старые двери, унесли их к мусору и установили новые, даже подмели за собой. Эмма представила, сколько бы Том возмутился, если бы она попросила его заменить их.
С деньгами в кармане пришли новые покупки: полка для ключей, светильник в прихожую, вешалка для обуви. Она задумалась: пригласить ли Тома, чтобы он всё собрал? Вспомнила, что он просил не тревожить его.
Попросить мужа на час? спросила себя. Почему бы и нет.
Пришёл мастер, осмотрел задачу, кивнул и через час сказал: всё готово, даже в ванной убрал влагу. Он предложил установить вытяжку, чтобы избежать плесени, и сделал это за полчаса и небольшую плату.
Через несколько дней Эмма решила отвезти Джексона к бабушке, но не к своей, а к бабушке Тома. В семье не было конфликта, и даже сестра Тома, Кейт, пришла в гости, обсуждая новые шоу.
Три дня спустя Том бросился к ней с криком: «Я вернулся!»
Ты мог требовать, когда был мужем, ответила Эмма. Сейчас просто пей кофе и уходи!
Я не уйду! выкрикнул он. Я всё ещё твой муж! Я вернулся, пожалел тебя, чтобы ты не пропала без меня!
Как видишь, улыбнулась Эмма, я не пропала. Ты сейчас муж только на бумаге, но это легко исправить. Я займусь этим в ближайшее время.
Том смотрел на неё с полным недоумением, не понимая, как так. Эмма отмахнулась рукой, как от назойливой мухи:
Если не хочешь кофе, иди, мне ещё с сыном уроки готовить!
